1931 год. История Федоскинского филиала ВШНИ

Федоскинская профтехшкола

 

«Живописцы написали письмо в президиум съезда с просьбой организовать при артели художественную школу. Обращение было кратким: «Не хотим уносить в могилу мастерство, полученное нами от дедов». Их письмо было рассмотрено, и вскоре по нему было принято положительное решение.

Постановлением Правительства в 1931 г. в Советском Союзе было открыто 3970 учебных заведений, главной целью которых была подготовка квалифицированных работников для различных отраслей народного хозяйства, в том числе и профессионально-технические школы, в которых учащиеся на время учёбы получали образование, общежитие, одежду и питание (что было немаловажно в те тяжёлые для нашей страны годы).

Федоскинская профтехшкола, как и многие другие учебные заведения, объявила набор учащихся в сентябре 1931 г. Весть о том, что при Федоскинской трудовой артели открывается школа, быстро облетела окрестные деревни и сёла. Первыми учениками были в основном местные ребятишки 1914—1918гг. рождения. Учеников набирали на два отделения — живописцев и заготовителей. По воспоминаниям Боковой З.П. (Куз-нецовой) и Докучаевой A.M. (Щербаковой),учащихся первого набора, «экзаменов никаких не было, записали всех, кто пришёл». Класс заготовителей был набран в первый и последний раз (в дальнейшем заготовителей готовили «из под руки» мастера непосредственно на предприятии). Независимо от отделения все учащиеся на первом году обучения изучали русский язык, математику, черчение, физику, химию, спецдело, технологию, обществоведение, кооперативный план Ленина; и только потом рисунок, живопись, композицию и историю искусства. Профтехшколу (в народе ПТШ) разместили в старом здании федоскинской сельской школы на берегу реки Учи. Позднее ПТШ переехала в освободившийся «артельный» дом в д. Семенищево, а вскоре заняла второй этаж «лукутинского» дома.

В первые годы своего существования школа испытывала большие трудности, так как не было необхо-димых пособий и инвентаря для занятий, не хватало репродукций, книг и учебников. И всё же 26 сентября 1931 г. занятия начались. Руководителями школы были назначены М. А. Боков, закончивший в г. Загорске педагогические курсы (отработавший впоследствии в должности директора более 50 лет) и художник из Москвы А. И. Кузнецов. Преподаватели рисунка, живописи, композиции тоже были профессиональными художниками: А. И. Кузнецов, М. И. Михайлов, А. Д. Небосклонов, позднее Д. А. Милиции, Д.Н. Дедуник, А. С. Соколов, А. М. Орлов и др. Технике миниатюрной живописи обучали живописцы артели, в разные годы это были лучшие художники промысла: К. Н. Рановский, Н. П. Петров, А. С. Семёнов, И. С. Семёнов, Н. В. Митусов, В. И. Лавров, К. И. Зорин, В. Ф. Баранов, И. И. Баннов, И. Ф. Ветров, А. А. Парфёнов, П. С. Давыдов и др., воспитавшие целое поколение художников-миниатюристов, составивших славу Федоскинского промысла лаковой миниатюры.

Зорин Константин Иванович.

 

Производственное обучение основывалось на копировании репродукций картин художников конца XVII—XIX вв. (преимущественно голландской школы), художников-передвижников и традиционных лукутинских сюжетов. Образцами помогала артель. Позднее образцами служили лукутинские изделия XIX в. из коллекции московского коллекционера А.С. Мокроусова, приобретённые школой в конце 1938 г.

Программы обучения рисунку, живописи, композиции не отличались от подготовки обычного художника-станковиста. Обучение по этим дисциплинам начиналось с азов (линейный рисунок, построение, свет-тень, перспектива и т.д.). Живопись обычно начиналась с заливок цвета; композиция — с простейших геометрических и растительных орнаментов (для этого учащиеся зарисовывали с натуры листья, цветы, деревья). В конце 1940-х гг. школа заключила договор с Третьяковской галереей о копировании учащимися школы картин известных русских художников непосредственно в залах галереи (в истории школы такой метод обучения живописи практиковался единожды, и по воспоминаниям учащихся тех лет, это была настоящая школа мастерства).

Учащиеся, так же как и при Лукутиных, получали жильё на время учёбы, питание, одежду, кисти, краски, бумагу. Но кроме учёбы им приходилось заниматься и хозяйственными делами: сажать и убирать огород, ухаживать за скотиной (корова, козы, свиньи, куры), косить траву, заготавливать сено для лошади, которая была единственным транспортным средством для школы, пилить и колоть дрова для отопления классов. Шоссейной дороги не было, была дорога зимняя (зимник) и летняя (летник), по которым, в зависимости от времени года, пешком или на лошади добирались до железнодорожной станции Луговая за хлебом и продуктами. Было установлено дежурство: одни кололи дрова, другие работали на кухне, а кто-то ехал за продуктами. М. А. Боков строго за этим следил. Он считал, что выпускник школы должен быть не только хорошим художником, но и прекрасным работником в быту.

Электричества в те годы тоже ещё не было, приходилось работать при керосиновых лампах. Печи, в которых сушились шкатулки, топили дровами. Электричество в Федоскино и округе появилось в конце 1937 г. Несмотря на все трудности, учиться было очень интересно.

Первыми выпускниками школы в 1933 г. были мастера заготовительных цехов: опиловщики, шли-фовщики, лакировщики, полировщики, в которых крайне нуждалась артель. Через год, в 1934 г., школа выпустила для артели 17 художников-живописцев, в которых артель тоже очень нуждалась, так как работала по государственному плану и имела серьёзные правительственные заказы.

В ряды живописцев артели влились молодые миниатюристы, вооружённые знаниями рисунка, живописи, композиции. И началась серьёзная работа в артели, среди миниатюристов, которые помнили Лукутина и гордо называли себя «лукутинцами». Молодёжь работала, продолжая учиться у старых живописцев мастерству миниатюрного искусства. И уже в следующем, 1935 г., на праздновании 25-летия организации артели один из первых выпускников школы, К. И. Зорин, за хорошую работу был награждён почётной грамотой и ценным подарком.

В 1936 г. напротив здания артели была построена новая школа, большая, просторная, с отдельными классами для рисунка, живописи, производственного обучения, с широким коридором, кухней и столовой. В коридоре стоял рояль, за которым молодой преподаватель И. Ф. Ветров знакомил учащихся с классической музыкой. В школе на стенах висели портреты русских композиторов, писателей, художников. В кабинете директора в небольших витринах за стёклами стояли шкатулки — артельные образцы для копирования с традиционными сюжетами («Тройки», «Хороводы», «Чаепития» и т. д.), по которым и шло основное обучение миниатюрной живописи на папье-маше. До 1936 г. школа размещалась на втором этаже бывшего лукутинского дома, на первом этаже работала артель. Помещений для учёбы не хватало: школьники вели себя шумно, чем очень мешали артельщикам. Новую школу построили быстро. Строительству активно помогали сами ученики. Им хотелось быстрее переехать в просторное, светлое здание.

В 1936 г. в новую школу пришёл преподавать производственное обучение Константин Иванович Зорин, недавний ученик школы, уже показавший себя в артели исполнительным и отличным живописцем. Своего первого учителя по миниатюрной живописи с огромной теплотой вспоминал П. С. Давыдов — один из ведущих художников промысла: «Помню первый день занятий в новой школе, построенной из шпал недалеко от артели. Все сидим тихо, ждём учителя. Дверь приоткрывается, и в класс, осторожно озираясь вокруг, входит К. И. Зорин, сгорбившись под тяжестью длинной верёвки, конец которой за дверью. Он идёт, пыхтя и отдуваясь под грузом. Мы замерли — что же там за дверью? Вдруг Константин Иванович делает «неимоверное» усилие и втягивает в класс... кисточку, привязанную на конец верёвки. Мы засмеялись, а он говорит, что труд художника-миниатюриста тяжёлый труд, и чтобы мы к этому готовились. Я это запомнил на всю жизнь».

Первые выпускники школы, пришедшие работать в артель, сразу же стали пробовать себя в творчестве. До этого момента художники творчеством не занимались, достаточно было быть хорошим копиистом. В первые артельные годы, так же как и во времена Лукутиных, на шкатулках изображались копии с репродукций картин известных художников (К. Маковский, И. Шишкин, В. Саврасов, А. Соколов, П. Грузинский и др.). Для работы часто использовали вырезки из по-пулярных журналов «Нива» и «Огонёк».

Первые шаги в творчестве молодых художников Федоскино были робкими и наивными. Хотелось показать всё, что восхищало, поделиться радостью новизны от происходящих в стране событий. А в стране происходили большие перемены: строились города, заводы, новые дороги, электростанции, шло освоение целинных земель и Севера, к деревням подводился свет и радио, на полях стали появляться трактора. Федоскинцы старались идти в ногу со временем.

С первых шагов существования школа была тесно связана с артелью. Артель помогала школе материалами, образцами, мастерами производственного обучения. В свою очередь, школа помогала артели в хозяйственных работах (уборке урожая, на сенокосе) и даже в выполнении государственных заказов. Учащиеся под руководством лучших мастеров артели становились настоящими художниками, продолжателями традиций живописцев лукутинской миниатюры и наравне с ар-тельщиками принимали участие в выставках не только в нашей стране, но и далеко за её пределами.

В 1936 г. артель и школа стали активно готовиться к Всемирной Парижской выставке, которая с большим успехом прошла в мае 1937 г. Выставка проходила под девизом «Искусство и техника в современной жиз-ни». Среди всех участников выставки выделялись два павильона: германский и советский, венчающийся скульптурой Веры Мухиной «Рабочий и колхозница». Главную премию «Гран-При» поделили Советский Союз и Германия. Работы учащихся Федоскинской профтехшколы на этой выставке были удостоены Диплома и Золотой медали «за высокий профессионализм и сохранение традиций».

 

Художественная роспись по металлу

 

В 1940 г. в Федоскинской профтехшколе открылось жостовское отделение, на котором учащиеся познавали технику цветочной росписи на металлических подносах. Жостовское отделение готовило художников для жостовской фабрики «Металлоподнос». Первыми инструкторами этого отделения были непревзойдённые мастера цветочных композиций, ведущие художники жостовского промысла А. И. Лёзнов и В. И. Дюжаев, позднее П. И. Плахов, воспитавшие для промысла настоящих мастеров-живописцев.

В годы Великой Отечественной войны ученики и преподаватели школы ушли защищать родину. Многие не вернулись с полей сражений. Память о них хранится в наших сердцах, их имена золотыми буквами высечены на мемориальной доске.

Осенью 1941 года, когда фашистские войска армии «Центр» наступали с севера (со стороны г. Дмитрова) на Москву, школу и артель закрыли. Линия фронта проходила в шести километрах от Федоскино. Уже слышна была канонада, залпы артиллерийских орудий, в небе летали вражеские самолёты. Одна бомба упала в Федоскино, разрушила угол общежития, но никто не пострадал. «Страшно было, — вспоминают старожилы. — В деревнях было организовано дежурство. Дежурные следили за обстановкой: охраняли артель, школу, конюшню и коровник. Особым объектом считались колодцы, за ними следили все жители, т. к. понимали, что без питьевой воды будет тяжело». В школе был сформирован отряд ополчения, который рыл окопы в селении Габо, недалеко от Красной поляны, где впоследствии шли ожесточённые бои за Москву. Позднее федоскинские ополченцы (среди которых были только девочки) строили электростанцию в подмосковном Реутово. Более половины состава учащихся комсомольцев профтехшколы добровольцами выехало на оборонительные земляные работы Юго-западного фронта.

Чтобы сохранить коллекцию уникальных изделий лаковой миниатюры XIX в. из музея, решено было закопать её в дальнем углу подвала школы. «Зав. учебной частью А. И. Кузнецов и молодой преподаватель И. Ф. Ветров аккуратно упаковали все шкатулки из школьного музея в четыре тумбочки, — вспоминает старейший художник промысла Е. В. Власов, учившийся в тот год на первом курсе. — Алексей Иванович позвал меня (я тогда был молодым, здоровым) и показал, где копать. Я выкопал большую яму в подвале школы, не понимая для чего. Потом он сказал, чтобы я таскал в подвал тумбочки, но осторожно, ведь там «лукутинские» шкатулки. Тумбочки поочерёдно опустили в яму, закопали и завалили разным мусором (разбитые столы, стулья и т. д.). И тут только я понял, что они задумали. Алексей Иванович взял с меня клятву молчания. И я никому об этом не говорил. Это было в ноябре 1941 года. В декабре 41-го немца погнали от Москвы. Коллекция пролежала в земле до весны 1942 года. Об этом знали только три человека: А. И. Кузнецов, И. Ф. Ветров и я. Шкатулки выкапывали уже без меня, т. к. в начале 1942 года я ушёл на фронт».

Весной 1942 г. школа и артель начали работу. Школа объявила приём учащихся на первый курс живописного и заготовительного отделений. Набрали 12 учеников из местных подростков. С фронта в Федоскино были отозваны директор школы с завучем, некоторые художники артели. По распоряжению советского правительства артель начала выпуск изделий на экспорт, тем самым зарабатывая золото для будущей Победы. Учащиеся школы были также подключены к этой работе и, чем могли, помогали выполнению этого важного и много значащего для страны правительственного заказа. В 1944 г. в Москве федоскинцы (артель и школа) принимали активное участие в выставке «Героический фронт и тыл». В августе 1945 г. Постановлением Совета Народных Комиссаров СССР артель была награждена Дипломом I степени за «систематический массовый выпуск изделий ширпотреба высшего качества при выполнении плана производства». Позднее многие работники артели и учащиеся школы были награждены медалями и грамотами за добросовестный труд в годы Великой Отечественной войны.

Весной 1945 г., когда линия фронта была далеко от наших границ, вся страна жила ожиданием Победы. «9 мая 1945 года. Утро тихое, солнечное, за окном слышится пение птиц, — вспоминает старейший художник промысла С. В. Монашов, пришедший учиться в 1943 году в Федоскинскую профтехшколу после тяжёлого ранения на войне. — В общежитии и в коридоре школы были установлены радиорепродукторы. Мы были в курсе всех событий на фронте и, конечно, победу ждали со дня на день. В это утро всех разбудил голос Левитана в динамике, который объявил об окончании войны. И что тут началось: веселье, радость, счастье. М. А. Боков приказал в честь этого знаменательного события зарубить кабанчика и устроить праздничный обед. В этот день мы с друзьями поехали в Москву на салют Победы. Всем было радостно, весело, повсюду звучала музыка, песни. Москва в этот день салютовала Праге и великой Победе советского народа над фашистской Германией. На следующий день силами учащихся школы была организована агитбригада, ко-торая ходила по деревням и устраивала концерты в честь праздника Победы».

После окончания войны в Федоскинскую профтехшколу стали возвращаться повзрослевшие и умудрённые войной ученики — бывшие солдаты, в шинелях, в сапогах, в выцветших гимнастёрках. Возвращались в мирную жизнь. Многие уходили на войну не успев закончить школу. Они не стали «садиться за парты», а пошли работать сразу в артель. Руководство артели этому было только радо, т. к. в годы войны погибло и пропало без вести 27 работников артели, нужно было продолжать работу и выполнять план.

Этот год — год Великой Победы — совпал с празднованием в Федоскино 150-летия образования промысла. Праздник, удвоенный Победой, вдохновил художников на создание ряда творческих работ, посвященных военной тематике: портреты великих полководцев, чьи победы венчали славу России (А. В. Суворова, М. И. Кутузова), героев войны 1812 года, салют Победы над Москвой, портреты И. В. Сталина, В. И. Ленина и др. Школа, как и в довоенное время, помогала артели в выполнении плана. Велась продуманная, слаженная

работа, направленная на восстановление разрушенного войной хозяйства советской республики. Вместе с этим, работы учащихся экспонировались на Международных молодёжных выставках в Праге (1947), Варшаве (1955), Москве (1957) и везде были отмечены грамотами и наградами за отличное качество изделий.

 

Художественная роспись по эмали

 

В 1960 г. в Федоскинской профтехшколе было открыто третье отделение — росписи по эмали, занимающееся подготовкой мастеров для фабрики «Ростовская финифть». Отделение по просьбе М. А. Бокова возглавил А. А. Парфёнов (выпускник первого набора 1931 г.), мастер производственного обучения «Федоскинского» отделения школы. А. А. Парфёнов, бывший фронтовик, один из лучших живописцев артели, участник многих выставок, с интересом взялся за новое дело. Он сам досконально изучил историю и технологию изготовления финифти и с первыми своими учениками продолжал постигать мастерство этого старейшего промысла. В школьном музее хранятся дипломные работы «Ростовского» отделения того времени: они по-прежнему такие же яркие и сочные по колориту, как будто написаны недавно. На фабрике «Ростовская финифть» до сих пор трудятся выпускники Федоскинской школы, среди которых есть народные и заслуженные художники России, с большой теплотой вспоминающие учёбу в Федоскино.

За 80 лет своего существования Федоскинское художественно-промышленное училище миниатюрной живописи (бывшая Федоскинская школа миниатюрной живописи) выпустило более тысячи художников-живописцев для промыслов Федоскино, Жостово, Ростова-Великого (Ярославская обл.). Среди выпускников школы народные художники РСФСР: Ю.В. Карапаев, Г. И. Ларишев, Н. М. Солонинкин, Н. А. Куландин и др.; заслуженные художники РСФСР: В. Д. Антонов, В. Д. Ли-пицкий, М. Г. Пашинин, В. Н. Фролов, А. Н. Хаунов и др.; лауреаты Государственной премии им. И. Е. Репина: И. И. Страхов, М. С. Чижов, А. А. Толстов, Н. Н. Мажаев, В. В. Жмылёв, В. И. Летков и др.; лауреаты премии им. Ленинского комсомола: Е. Ю. Хомутинникова, В. Ф. и А. Ф. Якунины и др.; заслуженные работники культуры: Ю. А. Базулин, М. А. Боков, Б. П. Городилин и др.

Для некоторых выпускников Федоскинская школа стала базовым учебным заведением, которое дало «путёвку» к другим высоким достижениям. Среди выпускников школы 1956 г. — заслуженный художник РСФСР, известный режиссёр-аниматор Л.Носырев, автор мультфильмов, любимых не только детворой, но и взрослыми: «Рыжий, рыжий, конопатый», «Северные сказки» по М. Шергину и др. Некоторые выпускни-ки Федоскинской школы продолжили образование в высших художественных учебных заведениях, став по окончании художниками-станковистами, иконописцами, реставраторами, оформителями книг и дизайнерами.»

«Истоки федоскинской традиции миниатюрной живописи», статья- Любовь Сергеевна Рогатова, заведующая отделом истории промыслов Московского областного музея народных художественных промыслов.: Историко краеведческий альманах «Подмосковный летописец» 3/2011г.

      Марчуков Николай Георгиевич